Синдром беспокойных ног: проблема может быть не в ногах

Синдром беспокойных ног: проблема может быть не в ногах

1. Что такое синдром беспокойных ног и почему это тема лаборатории сна

Синдром беспокойных ног (СБН, restless legs syndrome, RLS) — это неврологическое сенсомоторное расстройство, при котором возникает непреодолимое желание двигать ногами, часто вместе с неприятными ощущениями: покалыванием, тянущими чувствами, «ползанием», внутренним беспокойством. Симптомы появляются или усиливаются в покое, особенно вечером и ночью, а движение временно облегчает состояние.

Для пациента главная проблема часто не сами ноги, а сон. СБН может затруднять засыпание, вызывать повторные пробуждения, ухудшать качество сна и дневное самочувствие. Именно поэтому эта тема напрямую относится к лаборатории сна: человек может обращаться с жалобами на бессонницу, усталость или «беспокойный сон», а настоящей причиной окажется СБН. По данным AASM, бессонница в виде трудностей с засыпанием или поддержанием сна является основной проблемой примерно для 90% людей с клинически значимым RLS.

2. Кто в группе риска

СБН — довольно распространённое состояние. По данным JAMA, примерно 8% взрослых в США ежегодно испытывают симптомы СБН, а около 3% имеют умеренно или значительно выраженные симптомы не менее двух раз в неделю. Синдром чаще встречается у женщин, его распространённость увеличивается с возрастом, а также выше у людей с семейным анамнезом СБН.

К группам повышенного риска относятся:

  • люди с дефицитом железа или железодефицитной анемией;
  • беременные, особенно в III триместре;
  • пациенты с терминальной почечной недостаточностью;
  • люди с периферической нейропатией, рассеянным склерозом и некоторыми другими неврологическими или соматическими состояниями.

Крупное генетическое исследование 2024 года подтвердило, что наследственный компонент здесь очень важен: метаанализ GWAS с участием 116 647 пациентов с RLS и более 1,5 млн контролей увеличил число известных локусов риска до 164. Авторы также выявили ассоциации с женскими репродуктивными факторами, что может частично объяснять более высокую распространённость у женщин.

3. Причины: почему проблема может быть не в ногах

Современное понимание СБН намного сложнее старой схемы «это проблема дофамина». Всё больше данных указывает на то, что одну из ключевых ролей играет нарушение доступности железа в головном мозге, которое влияет на дофаминовую и другие нейромедиаторные системы. AASM прямо указывает, что низкий уровень мозгового железа считается важной базовой причиной RLS.

Отдельный пласт — генетика. Новые данные показывают, что СБН связан не с одним «геном беспокойных ног», а с целой сетью генетических вариантов. В крупном исследовании в Nature Genetics выявлено 164 локуса риска; также показано, что пути, связанные с нейроразвитием, миграцией нейронов, формированием синапсов и передачей сигналов между нейронами, могут быть важны для биологии СБН.

То есть пациент ощущает симптомы в ногах, но корень проблемы часто лежит глубже — в нейробиологии, обмене железа и индивидуальной генетической предрасположенности.

4. Как устанавливают диагноз и с чем можно перепутать

СБН — это клинический диагноз. Он устанавливается по типичным симптомам:

  1. есть сильное желание двигать ногами;
  2. симптомы появляются или усиливаются в покое;
  3. движение приносит хотя бы временное облегчение;
  4. вечером и ночью симптомы выражены сильнее;
  5. симптомы не лучше объясняются другой причиной.

Важный момент для пациентов: полисомнография не обязательна для постановки диагноза СБН. Но в лаборатории сна она может быть полезна, если нужно исключить другие причины нарушений сна или оценить сопутствующие расстройства, включая периодические движения конечностей во сне или обструктивное апноэ сна.

Отдельная часть диагностики — поиск факторов, которые могут провоцировать или усиливать симптомы. Современные рекомендации советуют оценивать показатели обмена железа. Кроме того, важно помнить о препаратах, которые могут ухудшать СБН: некоторых антигистаминных, серотонинергических антидепрессантах, антагонистах дофамина. Также нужно не спутать СБН с ночными судорогами, нейропатией, акатизией, суставной болью, позиционным дискомфортом или радикулопатией.

5. Лечение: что изменилось в последние годы

В лечении СБН произошёл важный сдвиг. Если раньше многие сразу думали о дофаминергических препаратах, то новые рекомендации AASM пересмотрели их место из-за риска augmentation — постепенного медикаментозного ухудшения, когда симптомы начинаются раньше, становятся сильнее и могут распространяться на другие части тела.

Сегодня подход выглядит более взвешенно:

  • выявить и скорректировать факторы, ухудшающие состояние;
  • проверить и при необходимости лечить дефицит железа;
  • при частых и значимых симптомах рассматривать препараты группы габапентиноидов — габапентин, прегабалин, gabapentin enacarbil, которые в новых рекомендациях получили сильную поддержку;
  • у части пациентов может рассматриваться внутривенное железо, включая ferric carboxymaltose;
  • в отдельных случаях возможны и другие варианты, включая перонеальную нервную стимуляцию.

Для пациента это означает простую вещь: СБН — состояние, которое можно и нужно лечить, а не терпеть годами. И для лаборатории сна эта тема важна не только потому, что СБН «портит ночь», но и потому, что своевременное распознавание причины бессонницы помогает выбрать правильный маршрут обследования и помощи.

Источники и научные публикации

  1. Winkelman J.W. et al. Treatment of restless legs syndrome and periodic limb movement disorder: an American Academy of Sleep Medicine clinical practice guideline. Journal of Clinical Sleep Medicine. 2025;21(1):137–152. DOI: 10.5664/jcsm.11390.
    Основной источник по современному лечению синдрома беспокойных ног, оценке обмена железа, применению габапентиноидов и пересмотру роли дофаминергических препаратов.
  2. Winkelman J.W., Wipper B. Restless Legs Syndrome: A Review. JAMA. 2026;335(8):703–714. DOI: 10.1001/jama.2025.23247.
    Современный клинический обзор, посвящённый распространённости, факторам риска, диагностике, влиянию на сон и актуальным подходам к лечению.
  3. Schormair B. et al. Genome-wide meta-analyses of restless legs syndrome yield insights into genetic architecture, disease biology and risk prediction. Nature Genetics. 2024.
    Крупное генетическое исследование с участием 116 647 пациентов с RLS и более 1,5 млн контрольных участников, в котором было выявлено 164 локуса генетического риска.
  4. Song P. et al. The global and regional prevalence of restless legs syndrome among adults: A systematic review and modelling analysis. Journal of Global Health. 2024;14:04113. DOI: 10.7189/jogh.14.04113.
    Систематический обзор распространённости синдрома беспокойных ног и факторов риска в разных регионах мира.
  5. Arias-Carrión O. Restless Legs Syndrome: A Network Model of Iron-Dependent Neuromodulation — A Narrative Review. Brain Sciences. 2026;16(5):440. DOI: 10.3390/brainsci16050440.
    Современный обзор роли обмена железа в головном мозге, а также дофаминовой, аденозиновой и глутаматной систем в патогенезе синдрома беспокойных ног.
  6. Poplawska-Domaszewicz K. et al. The complexities in the differential diagnosis of restless legs syndrome (Willis-Ekbom disease). Expert Review of Neurotherapeutics. 2025;25(2):157–173. DOI: 10.1080/14737175.2025.2450639.
    Обзор состояний, с которыми необходимо дифференцировать синдром беспокойных ног, включая нейропатию, ночные судороги, акатизию, радикулопатию и другие причины дискомфорта в нижних конечностях.
  7. Broström A. et al. Quality of life among patients with restless legs syndrome: A systematic review and meta-analysis. Journal of Clinical Neuroscience. 2024;122:80–91. DOI: 10.1016/j.jocn.2024.02.027.
    Метаанализ 27 исследований, продемонстрировавший снижение общей, физической и психической составляющих качества жизни у пациентов с синдромом беспокойных ног.
  8. Jung K-Y. Update on Restless Legs Syndrome Management during Pregnancy. Sleep Medicine Clinics. 2026;21(2):233–240. DOI: 10.1016/j.jsmc.2026.02.007.
    Современный обзор синдрома беспокойных ног во время беременности, роли дефицита железа, наследственной предрасположенности и риска сохранения симптомов в дальнейшем.